Уйти нельзя остаться: «Я прожила с абьюзером 20 лет»

Я застряла. Я остаюсь.

Господи, не дай мне погрузиться под воду окончательно. Мою семью уже не спасти — но, пожалуйста, сохрани меня и моих детей.

***

Мне повезло. Я развелась, хотя раны все еще глубоки.

Насилие не всегда проявляется в виде подбитого глаза или кровоподтеков на теле женщины, но эффекты психологического насилия так же губительны.

Я пошла к психологу, и мне поставили сразу несколько диагнозов: депрессия, тревожность, ПТСР (посттравматическое стрессовое расстройство). Мой муж, абьюзер, держал меня в страхе, а депрессия и тревожность лишили меня возможности делать хоть какие-то шаги, чтобы вырваться. Поначалу мне показалось, что ПТСР — это уже перебор, но прошло уже три года, а некоторые ситуации или даже звуки вызывают во мне страшные воспоминания. Например, когда наш босс начал кричать на сотрудников, мне стало физически плохо. Я снова оказалась на полу сарая, съеживаясь, стараясь хоть как-то защититься от гнева возвышавшегося надо мной мужчины.

Мои дочери стали свидетельницами того, как жестоко мужчина может обращаться с женщиной, а сыновья получили дурной пример того, что значит быть «настоящим мужчиной». Вот чего я по-настоящему боюсь.

Я осталась во имя детей — а теперь виню себя за то, какое влияние все случившееся может на них оказать.

Я ОСТАЛАСЬ, ПОТОМУ ЧТО…

… была изолирована от мира.

… финансово зависела от абьюзера.

… не высыпалась и не могла нормально восстановиться.

… мне говорили о моей никчемности — и я верила.

… жила в постоянном ожидании следующей атаки, и это меня изматывало.

… уйти я боялась больше.

Об авторе

Дженнифер Уильямс-Филдс — автор, сертифицированный инструктор по йоге, мать 6 детей.

Уйти нельзя остаться: «Я прожила с абьюзером 20 лет»