«Завтра Путин, сегодня забор!» Как прошел второй день протестов против строительства храма в Екатеринбурге. Репортаж Андрея Перцева

Марина Молдавская / ТАСС / Scanpix / LETA

В Екатеринбурге 14 мая продолжились протесты против строительства в одном из центральных скверов храма Святой Екатерины. После столкновений накануне губернатор Свердловской области Евгений Куйвашев собрал у себя сторонников и противников строительства, но по итогам встречи стало ясно, что отказываться от возведения храма власти не намерены. К вечеру около двух тысяч человек собрались на месте строительства. Толпа два раза снесла ограждения, а ОМОН вытеснил активистов из сквера только после того, как большая часть протестующих разошлась. За вторым днем протестов в Екатеринбурге наблюдал спецкор «Медузы» Андрей Перцев.

Жители Екатеринбурга, выступающие против строительства храма Святой Екатерины в сквере у Театра драмы, готовились выходить на улицу еще с утра. 13 мая люди обнаружили, что вокруг сквера вырос забор, и вечером собрались вокруг него. Недовольным жителям противостояли крепкие спортсмены, полиция в происходящее почти не вмешивалась. Защитники сквера простояли у забора до раннего утра, а екатеринбургские протесты стали одними из главных новостей страны.

Областные власти на случившееся отреагировали — губернатор Евгений Куйвашев пригласил к себе противников строительства храма и его сторонников. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков сообщил, что в Кремле в курсе происходящего в Екатеринбурге. Полпред главы государства Николай Цуканов провел совещание с региональной и городской властью, а также с главами РМК и УГМК Игорем Алтушкиным и Андреем Козициным (эти две компании считаются основными спонсорами строительства храма). Екатеринбургская епархия приготовилась проводить в сквере молебен в 19 часов 14 мая. В это же время туда собрались подойти и противники строительства. По всем признакам 14 мая должно было затмить по событиям предыдущий день, так и произошло.

Евгений Куйвашев ждал парламентеров от противников и сторонников строительства храма у себя в резиденции к 16 часам. Активисты, защищающие сквер, собрались у входа за полчаса до начала встречи. «Требования простые: вернуться к статус-кво 12 мая, безо всяких заборов, и потом дальше вести диалог», — рассказывал паре десятков собравшихся доктор исторических наук Алексей Мосин, который вошел в пятерку парламентеров от защитников сквера. Мимо в это время прошествовал настоятель храма на Крови протоиерей Максим Миняйло, который представлял защитников строительства церкви; священник вежливо поздоровался с собравшимися. Журналистов на встречу не пустили — даже государственные каналы сделали только протокольную съемку.

Постепенно вокруг резиденции собралось несколько десятков человек — по большей части противники строительства храма. Через некоторое время к ним подошли двое казаков, однако конфликта не случилось. «Должен быть диалог, он сейчас и происходит», — слово «диалог», произнесенное одним из казаков, еще не раз прозвучит сегодня из уст чиновников.

Диалог без компромисса

Город действительно оказался расколот. «(Противники храма) говорят — пусть переносят на окраину, но этот храм не должен стоять на окраине, он посвящен покровительнице города, — говорит „Медузе“ политтехнолог Александр Белоусов. — Это примерно то же самое, если Сан-Марко в Венеции был бы на Лидо. Это уже третье место — гоняют храм по городу». Политтехнолог планирует в один из дней прийти к скверу и настроен серьезно: «Пусть увидят, какие есть православные, я спокойный интеллигентный человек, кандидат наук, сотрудник РАНХиГС. Пусть толкают и бранят меня!»

Вместо запланированного часа беседа сторонников и противников храма продлилась больше двух, а часть местных журналистов предпочла отправиться к скверу, где активисты уже начали пробовать на прочность проволочные заборы, заново установленные 14 мая. Первыми из зала вышли защитники сквера — по выражениям их лиц было понятно, что итоги «диалога» их не очень устраивают. «Никакого компромисса нет. Было предложение от мэра об обустройстве другого сквера, но, кажется, от строительства храма никто отказываться не собирается. Это попытка перевести стрелки», — объявил журналистам Алексей Мосин.

Областную власть на импровизированном брифинге представлял не губернатор Евгений Куйвашев, а его зам по внутренней политике Сергей Бидонько. «У диалога всегда есть позитивные стороны, хотя может быть сторона, не удовлетворенная результатами. Но позиции были озвучены», — рассуждал Бидонько. Из его слов было понятно, что отказываться от строительства храма власть не будет: вице-губернатор рассказывал, что разрешение получено, все необходимые процедуры пройдены. «Нельзя сказать, что до сегодняшнего дня диалога не было — ведь были публичные слушания!» — настаивал он. Сергей Бидонько напомнил также, что противники строительства храма обращались в суд и тот признал стройку законной.

Вице-губернатор поблагодарил полицейских, защитников сквера и защитников храма за то, что 13 мая «не была пройдена грань, после которой говорить друг с другом было бы очень сложно». Чиновник несколько раз упомянул о том, что протестные акции в городе должны проходить по согласованию с властями: «когда ситуация накалена, ей могут воспользоваться провокаторы».

Бидонько подтвердил, что Евгений Куйвашев поговорил с владельцем РМК Игорем Алтушкиным, но тему беседы не уточнил. 13 мая среди защитников строительства храма обнаружились члены «Академии единоборств», спонсируемой РМК. Как окажется позже, спортсмены в сквере действительно больше не появятся. «Мы епархию предупредили, что их мероприятие (молебен) не согласовано, решили не концентрировать акции с разными позициями в одном месте», — заявил Сергей Бидонько.

Встреча у губернатора Свердловской области. 14 мая 2019 годаДепартамент информационной политики Свердловской области

Протоиерей Максим Миняйло сказал «Медузе», что губернатору «удалось донести мысль (до защитников сквера), что нужно собираться для диалога». Итогами беседы священник остался доволен. «Сторонников строительства больше, чем противников, — считает он. — Строительством храма на Крови часть горожан тоже была недовольна. Парижане ненавидели Эйфелеву башню».

Аргументы противников строительства протоиерей назвал справедливыми лишь отчасти: «Они говорят, что рядом есть храмы. Да, на противоположном берегу пруда стоит храм на Крови, но идти до него два километра. На этом берегу поблизости храмов нет».

Депутат гордумы Константин Киселев также упоминает, что к строительству екатерининского храма власти подступали трижды — «и все это три разные причины недовольства горожан». Первая попытка была в начале 2010-х годов —тогда церковь хотели построить на старом месте, сейчас это площадь Труда. «Там сложившийся конструктивистский ансамбль, он бы был нарушен, — объясняет депутат. — [Следующая попытка], строительство храма на искусственном острове в городском пруду, обозначила проблему водных пространств в городе. Сейчас тема другая — скверы».

При этом Киселев уверен, что протесты — не просто прихоть. «Была еще одна горячая тема — расширение концертного зала филармонии по проекту Захи Хадид, она касалась общественных пространств. На теме пытались хайпить [бывший мэр города Евгений] Ройзман, [депутат Госдумы от „Единой России“ Андрей] Альшевских, но граждане поняли, какой проект классный. Храм же не будет уникальным, это стандартный проект в неовизантийском стиле», — поясняет депутат.

Мэр Екатеринбурга Александр Высокинский предложил активистам выбрать на карте города сквер и разработать план его благоустройства. «В Екатеринбурге появится один из лучших храмов в мире, нам он нужен, его не надо бояться!» —призывал мэр. Причиной протеста Высокинский считает «хайп». «Раньше города строили, в космос летали, теперь проще на митинге что-то сказать», — заключает мэр в разговоре с «Медузой».

Битва за забор

К семи часам вечера у забора, окружающего сквер, собралось больше тысячи человек. Там были уже ставшие символами протеста девушка в венке из искусственных цветов в образе Природы и молодой человек с глюкофоном — музыкальным инструментом, с виду немного смахивающим на барабан. Девушки с разноцветными волосами распевали патриотичные песни, например хит группы «Любэ» «Выйдем в поле с конем». Подростки развешивали на заборе листки с лозунгами: «На *** храм», «Fuck the temple», «Храм вместо сквера — скверный храм». Никаких спортсменов у забора не было — сквер от защитников обороняли ЧОП и полиция.

Поначалу львиную долю собравшихся составляли школьники и студенты — они посмеивались над полицейскими, ругали Владимира Путина. Один из школьников разгуливал в противогазе и голубой шапочке для душа. Поговорить с защитниками сквера пришла основатель Музея святости на Урале Оксана Иванова. Она начала укорять школьниц, распевавших песни «Любэ», в незнании истории города и неуважении к ней. «Я вообще-то в церковном хоре пою!» — заявила в ответ одна из девочек. Постепенно вокруг Ивановой и девушек-неформалок собралась небольшая толпа. С православной активисткой спорили и школьники, и клерки, и люди в возрасте.

— Дело ведь не только в природе! Здесь люди отдыхают, собираются вместе, на скейтах и роликах катаются. Храм построят, и все это нельзя будет делать, — говорил парень лет 30 в футболке «Король и Шут».

Его поддержала хорошо одетая женщина лет сорока. «У меня тут ребенок на скейте катается, у храма это делать точно запретят, — заявила она. — Они берегов не знают — за покемона человека посадили».

Воздух в толпе постепенно наэлектризовывался — люди ждали действий, периодически возникали разговоры про штурм забора, но сделать это поначалу никто не решался. Подогрели настроения полицейские, которые попытались задержать школьника в противогазе, однако друзья отбили парня, и он сумел убежать. Случившееся явно вдохновило активистов, которые начали выдергивать секции забора. Тонкие алюминиевые прутья легко гнулись, защитники сквера затаскивали части забора в толпу, некоторые из сеток оказались в воде пруда. Прорехи в заграждении занимала живая цепь из полицейских и чоповцев. «Обнял забор, как любимую свою!» — лирично заметил один из активистов.

Марина Молдавская / ТАСС / Scanpix / LETAМарина Молдавская / ТАСС / Scanpix / LETA

Борьба с забором, быстро ставшим символом запрета входа в сквер — почти как потерянный рай, — стала основным смыслом акции. Прочность ограждения (его удерживали те же чоповцы и полицейские) проверяли в разных местах, успешные попытки сопровождались криками восторга. Успех был понятен — большинство в толпе теперь составляли взрослые люди, пришедшие с работы. Фронтальная часть забора была сметена за несколько минут. Секции попытались заменить, но буквально через минуту после установки новых частей толпа снова размела забор и продолжила утаскивать ее части с боковых сторон сквера. «Завтра — Путин, сегодня забор!» — зазвучала новая кричалка.

Из-за ограды активистов постоянно снимал высокий мужчина в штатском, включили камеры на телефонах и чоповцы. В ответ они получали порцию отборной брани. Действия полицейских нельзя было назвать активными — активисты делали на фоне живой цепи селфи, часть ругала силовиков — полиция продолжала упрямо стоять. Впрочем, отдельные задержания происходили и были довольно жесткими: одного из парней сбили с ног чоповцы, нанесли несколько ударов ногами, затащили в ограду и передали полицейским.

Участники акции рассказывали «Медузе», что приходили сюда и 13 мая — сквер с прудом они считают важным местом отдыха. Иногда в толпу заходили зеваки, которые не очень понимали причины недовольства.

— Это тут Навальный намутил, — сразу выдал окружающим загорелый мужчина средних лет.

Ему тут же возразил коренастый человек в джинсах и футболке:

— У меня тут дети отдыхают в этом сквере — где им на велосипеде еще будет кататься, где под деревом сесть? Я тут вырос, что ты говорить будешь!

— Эх, молодежь не слишком активна, ее бы подпоить! — мечтательно произнес мужчина в возрасте около 60 лет, представившийся Андреем.

— Ты совсем ******* [спятил] такое говорить? Ты, может, провокатор? — подозрительно заметил в ответ Юрий — мужчина примерно того же возраста. Андрей предпочел замолчать.

Владимир Жабрико / URA.RU / ТАСС

Один из защитников забора — худой парень лет 25, одетый в черное, — активно ругал полицейских. «**** [зачем] ты снимаешь-то меня? Ну снимай! Я за храм, но мусоров ненавижу», — простодушно признался он, посетовав, что противники храма с ним общаться не хотят. «Пытался с несколькими тут говорить. Отвечают — иди на ***, и все, ничего слушать не хотят, говорят — ты отсталый». Долго у забора парень не задержался.

Ближе к 11 вечера собравшиеся стали расходиться — дало знать похолодание. При этом покидали сквер люди в хорошем настроении — фактически четверть забора была разрушена, а полиция в атаку не шла. Как только людей стало меньше, ОМОН начал рассекать активистов и вытеснил их из сквера, — по данным правозащитников, в ходе зачистки было задержано 28 человек. Рабочие быстро восстановили забор — до завтрашнего вечера он точно простоит.

Читайте также

  • Мы очутились в оккупированном городе Губернатор Свердловской области два часа вел переговоры с протестующими. Вот конспект их разговора
  • «Сторонники храма»: титулованные бойцы и их поклонники Мы выяснили, кем были спортивные мужчины, которые вместо полиции разгоняли горожан в Екатеринбурге
  • Второй день протестов против храма в Екатеринбурге: задержаны около 30 человек

Андрей Перцев, Екатеринбург